ЭЗУРИЯ - рассказ, научная фантастика, постапокалипсис


Эзурия

Эзурия


«Теория твоя убога, как шкура эзурии, Рич. Шанс, что твое “лекарство” будет работать, почти нулевой. Причем, даже проверить ты этого не сможешь. Где ты возьмешь ингредиенты? Брось это дело; ты опять пытаешься хватать звезды с неба».

В который раз Рич пробегал глазами письмо старого друга, пришедшее почти неделю назад. Казалось, он даже слышал голос, выносивший его мечте приговор, голос суровый и напористый, исполненный чувства собственной правоты. Что ж, Андр часто оказывался прав. Хмурый, белоснежно-седой старик с пронзительным взглядом, под которым Рич, бывало, чувствовал себя провинившимся юнцом. А ведь он был ровесником Андра.

Солнце слепило глаза. Нестерпимо яркий свет; льющийся с неба, мерцающий в волнах, бликующий на металле... тому, кто провел жизнь в полумраке безопасного убежища, никогда не полюбить столь жестокий и беспощадный свет верхнего мира. Рич задернул шторы; небольшая домашняя лаборатория погрузилась в привычный полумрак.

Сработал таймер, и маленький раздаточный аппарат запустил свои механические лапы в клетки, где в ожидании пищи сновали туда-сюда красноглазые крысы. В клетках слева - обычные; в клетках справа - зараженные эзуриовирусом, эзуриосом, как еще говорят. Последние получат тройную порцию корма. А таймер их аппарата-кормильца отсчитывает интервалы в три раза короче. Но все равно сквозь плешивую шкуру этих несчастных созданий проглядывают ребра, а в глазах... в них, кажется, притаилось пламя. Голод. Бесконечный, неутолимый, безумный... Над названием вируса древние не думали долго. Esuriens на языке, мертвом еще тогда, означало "голодный".

Мысли Рича вернулись к злосчастной теории. Андр прав. И нужно подойти ко всему с другой стороны. Найти более доступные ингредиенты, быть может...

- Здравствуй, дедушка! - молодой и бодрый голосок Мэй застал ученого врасплох.
- Здравствуй, моя дорогая...

Он опять не услышал шагов. Неудивительно: охотник, хороший охотник, и дома ходит мягко.

Мэй стояла в дверях. Несколько дней, которые девушка провела в походе, оставили свой след. Чернущий загар; печальные круги под глазами; и фигурка, кажется, стала еще более поджарой. Однако голос ее звучал веселее, чем обычно: похоже, охота выдалась на редкость интересная.

И, как всегда, наскучавшись, Мэй заглянула в лабораторию деда даже не сняв снаряжения. Винтовка - и та оставалась еще при ней, выглядывая из-за плеча. Откинувшись в кресле, Рич произнес обычную фразу, призванную открыть путь целому потоку историй: "Ну что, малыш, как охота?.."

Мэй принадлежала к первому поколению людей, родившихся в верхнем мире. Мире жестокого света и диких джунглей, отнюдь не стремящихся вернуть людям когда-то оставленные ими города. Безрассудное поколение. Многие старики ругали его. Но только не Рич. И сейчас он любовался единственной внучкой.

Поколение Мэй отличает густой загар, белоснежные улыбки, неуправляемый характер и зачастую - полное равнодушие к науке. И вправду - к чему человеку, молодому и сильному, книжная пыль, когда за родным порогом уже начинаются неизведанные земли, которые нужно открыть и покорить заново; когда опасности подстерегают всюду; когда города, затерянные в джунглях, хранят свои тайны?.. И вправду - зачем?

- ...А еще мы поймали эзурию, дедушка!
- Что?!

Эта фраза подействовала на Рича, с улыбкой слушавшего о дальних лесах, подобно холодному душу. Он вздрогнул и подался вперед. Эзурия... Значит, они стали появляться и здесь; значит, они уже не призрак прошлого и не байка с полудиких окраин; они стали реальностью здесь и сейчас. "О боже, я не ждал этого так скоро..." Рич сжал подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев. Эзурия...

По словам Мэй, это был леопард. Жуткого вида зверюга со взглядом, в котором словно горит внутреннее пламя; со шкурой, поблекшей от болезни и располосованной шрамами от бесконечных битв. Она напала в ночи бесшумно, лишив жизни одного из охотников. Молодые, глупые, самонадеянные! Они еще и поймали эту тварь живой и привезли сюда! Несмотря на то, что одному это уже стоило всего.

- Мэй... - Рич говорил с трудом; во рту пересохло, точно он целый день провел под тропическим солнцем. - Скажи мне одно: этот леопард не ранил тебя? - Да пустяки, дедушка! - отмахнулась охотница. - Пара царапин. С нами Крис был, медик, он их обработал и швы наложил. Даже шрамов не останется.

Равнодушие к науке... и к истории рода своего.

Впервые Рич горько пожалел о том, что в свое время не отобрал у внучки первую охотничью винтовку; что не посадил Мэй за древние книги...

Каждый вирус преследует лишь одну цель - выжить, распространяясь все дальше, захватывая все больше. И все, что происходит с зараженным организмом, служит этой цели, ей и только ей. И если вирус гриппа, который распространяется воздушно-капельным путем, заставляет носителя чихать и кашлять, то эзуриовирус заставит наносить раны. Охотиться, сражаться, искать жертву - бесконечно; голод не даст забыться и вырваться из замкнутого круга.

Сколько длился поход Мэй? Неделю? Тогда инкубационный период должен уже подходить к концу.
«Мэй...» - и сердце пропустило удар...
Круги под глазами, отощавшая фигурка, дьявольские огоньки во взгляде и неестественно веселая манера говорить... именно - неестественная, ибо как человек, у которого не так давно друг погиб на охоте, может быть столь весел.
«Мэй...»

Слезы душили старика. И в то же время нечто холодное наливалось тяжестью в груди, заставляя на время утихнуть горе, как ледокаин заставляет неметь мышцу - чтобы не было больно сейчас и было стократно больнее потом.

- Сходи отдохни с дороги, - произнес Рич ровно и холодно. - А винтовку мне оставь, я ее почищу.
- А ты умеешь? - удивилась Мэй.
- Умею, милая, иди...
- Ну хорошо, - она развернулась и бодро зашагала по коридору. - Ух, есть хочу безумно!

Конечно. Вирус вступает в свои права...

Рич вскинул винтовку. Тяжелая, чужая для рук, не привыкших к оружию. Прицелился. С такого расстояния даже он не промахнется.

«Милая Мэй... Я не увижу тебя эзурией, убийцей, одержимой, никогда. И нет мне прощения за то, что не успел с этим антидотом... и уже никогда не успею...»

Тихий городок замер, когда в одном из домов прозвучал выстрел. А как только раздались первые возгласы «Что случилось?!», прозвучал еще один.

(26 декабря, 2007г)

Читать другие рассказы: